Счастья не хватает



 

Предложив создать в России Министерство счастья, главная над сенаторами Валентина Матвиенко обнажила досадное упущение. Почему этого ведомства до сих пор нет? По всему видать, что пора.

Министром счастья должна быть женщина.

На «прямой линии» с народом президент дал понять: с нашими запущенными «бездорожьем и разгильдяйством» лучше всех справится именно женщина-президент. Для начала ее можно «обкатать» на Минсчастье. Ту же Валентину Ивановну, например. Образ «бабы Зины» завершил «прямую линию», а образ «тети Вали» привнесет успокоение, мир и ощущение сухости, тепла и комфорта в каждую семью.

Экономить на счастье нельзя. Глава этого ведомства должен быть в ранге первого вице-премьера. Министерство следует расположить поближе к Кремлю, чтобы было под рукой на случай нештатных ситуаций несанкционированных вспышек грусти и печали. И дабы самой этой близостью напоминать, откуда именно у нас проистекают основные объемы счастья. Мигалки, служебный транспорт светлых тонов и люксового тюнинга, ФСО для руководства – само собой.

Люди, работающие на госсчастье, не должны ни в чем нуждаться.

С их лиц не должно сходить чувство глубокого удовлетворения всем сущим. Ни днем, ни ночью. Финансирование по линии госсчастья — защитить строкой в бюджете. Плюс внебюджетный фонд из отчислений от бизнеса. На счастье. Процентов 5–10 с оборота.

Неожиданные нужды могут возникнуть в регионах, куда не всегда достает лучащийся заботой взор из Москвы. Нужны региональные структуры – «Счастье Алтая», «Счастье Омска», «Счастье Чечни» и т.д. Отслеживая степень осчастливленности подданных, они могут оперативно реагировать. Либо гасить местное несчастье деньгами – задержки по зарплатам, последствия пожаров и наводнений, дефицит детсадов и поликлиник, отсутствие газа, лекарств и электричества, унылый окрас детских площадок, лампочки в подъездах и т.д.

 

Либо – просто «гасить». Это когда вспышки несчастья выходят за рамки добродушного ворчания и покорнейших просьб, перерастая в гневные и, что опаснее, массовые протесты под деструктивными лозунгами «все достало!» и «нет в жизни счастья!». Последний — повод для уголовного дела и блокировки Роскомнадзором всех его носителей.

В этих случаях Минсчастье может отправить на место подразделения Гвардии Счастья (ГС) для подавления вспышек горести, досады, печали и неудовлетворенности жизнью. В том числе на вооружении ГС должны быть спецсредства, распыляя которые (с голубых вертолетов, как волшебник из фильма про Крокодила Гену) можно быстро восстановить ощущение счастья местным населением до показателей не ниже среднего по стране по Общенациональному Индексу Счастья (ОИС).

Составление ОИС нельзя поручать простым статистикам в штатском. Низкопоклонство перед голой цифрой тут неуместно. ОИС надо составлять и, тщательно все взвесив, выдавать на публику от Министерства правды. Которому будет поручено сформулировать общегосударственную концепцию счастья и стратегию его приумножения – «Счастье-2030».

Минправды должно курировать масс-медиа, дабы разъяснять политику счастья населению.

Доступно доводя до него понимание того, в чем именно и почему оно счастливо сегодня и как будет еще более счастливо в следующем электоральном цикле. Минправды будет бороться с искажениями политики счастья и с теми отщепенцами из числа умышленно несчастных и несчастных на окладе Госдепа, которые тянут страну в горесть, печаль и досаду.

…Если же серьезно, то за вычетом бюрократических извращений, которые у нас сопутствуют любому начинанию, идея поставить во главу угла государственной политики счастье обычного человека — здравая. Хотя и нет в ней имперского величия.

Мощь государства, прирастание землями, военной силой и даже процентами ВВП вовсе не означает, что люди в таком «сильном государстве» непременно счастливы.

Валентина Матвиенко «подсмотрела» пример министерства счастья в ОАЭ, где таковое было действительно недавно создано, его возглавила молодая особа 25 лет. Сейчас там разрабатывают критерии измерения уровня счастья. Есть даже план первых «100 дней счастья». Каждая категория населения – студенты, молодые матери или старики – будет таргетирована по-своему. Надо понять, что нужно именно этим людям для счастья?

Ведь это, к примеру, не только повышение зарплат, но и удовлетворенность работой. Несчастливые люди, кто-то подсчитал, приносят крупным компаниям потери до 100 условных рабочих дней в году — по сравнению с тем, если бы все работники были счастливы.

Счастливый человек в среднем живет на семь с половиной лет дольше. И это зависит не только от состояния медицины.

К примеру, повышенное число камер видеофиксации на дорогах, с одной стороны, снижает аварийность, с другой, ведет к повышению напряженности («несчастью») водителей. Регулирование движения в городе с помощью платных парковок, с одной стороны, ведет к улучшению качества городской среды, с другой, если употребить всю мощь бюрократического фанатизма, к ее, наоборот, ухудшению: снижается доступность городских объектов, растет число стрессов водителей от невозможности припарковаться или от «беспредела» парковщиков и т.д.

 

Кстати, в ОАЭ одновременно создано и другое министерство — толерантности. Поскольку мирное сожительство разных групп населения — важный компонент счастливой жизни. Еще при шейхе образован молодежный совет (его члены не должны быть старше 22 лет). Его роль — помочь руководству смелее заглядывать в будущее, молодежь ведь лишена многих ограничений и условностей.

Мерить успех государства не в ВВП, а в «валовом национальном счастье» придумал в 1970-х король Бутана.

Мол, счастье вовсе не в механическом приросте ВВП. А базируется на четырех «китах»: устойчивое развитие; сохранение и приумножение культурных ценностей; сохранение природы и естественной окружающей среды; установление эффективного и грамотного управления (точный перевод на русский термина «goodgovernance» в силу исторических и культурологических причин подобрать трудно).

Лучшие умы человечества давно ломают головы, как лучше составить «индекс счастья». В разных странах — от Таиланда до Великобритании — пытаются внедрить «фактор счастья» в госполитику. В 2013 году президент Венесуэлы Николас Мадуро учредил министерский пост куратора «высшего общественного счастья».

В Эквадоре тогда же появилась должность госсекретаря по«buenvivir» (хорошая жизнь, благополучие).

Вроде очевидно, что лучше быть здоровым и богатым, чем бедным и больным.

Однако социологи давно выяснили, что по достижении определенного уровня благосостояния его дальнейший рост не приносит дополнительного счастья, порой наоборот. Так и с целыми нациями. Со всенародным ощущением счастья прямо коррелирует, скажем, низкая детская смертность. По этой части долгое время среди мировых лидеров значится нищая по западным меркам Куба. Что положительно сказывается на ее месте в рейтингах «по счастью».

ООН стала измерять счастье во всемирном масштабе лишь недавно. Согласно Всемирному индексу счастья за 2015 год тот же Бутан был на 79-м месте из 158 стран. Сказались, считают эксперты, «трудности модернизации и трения между буддистами и не буддистскими меньшинствами».

При составлении этого рейтинга учитываются такие показатели, как ВВП на душу населения, ожидаемая продолжительность жизни, наличие гражданских свобод, чувство безопасности и уверенности в завтрашнем дне, стабильность семей, гарантии занятости, уровень доверия в обществе, великодушие и щедрость.

Также значительный «вес» в исследовании составляют результаты опросов жителей разных стран о том, сколь счастливыми они себя чувствуют. Кстати, Венесуэла, погрязшая в кризисе, тотальном дефиците и преступности, оказалась на почетном 23-м месте. Богатейшие ОАЭ — на 28-м.

Самой счастливой страной в 2015 году признана Швейцария.

В ней субъективное ощущение счастья людьми совпадает с такими объективными показателями, как средняя продолжительность жизни (82,6 года), высокий уровень соцподдержки, слабое социальное расслоение общества.

 

Вслед за Швейцарией предсказуемо идут Исландия, Дания, Норвегия, Канада, Финляндия, Нидерланды, Швеция, Новая Зеландия и Австралия. США на 15-м месте, за ними идет куда как более бедная и страдающая от сильного имущественного расслоения Бразилия. Зато там солнце и футбол!

Россия — 64-я, между Ливией и Ямайкой.

Из постсоветских стран нас обогнали солнечные Узбекистан (44-е место), Молдавия (52), Казахстан (54) и менее солнечные, но «сельские» Литва (56) и Белоруссия (59). Украина – 111-я. Майдан не принес счастья стране (падение по сравнению с предыдущим годом на 23 позиции). А вот в рейтинге 2016 года (там Швейцарию заменила на 1-м месте Дания) Россия — в условиях кризиса и падения уровня жизни — поднялась на 56-е место. Счастливее нас в бывшем СССР теперь лишь Узбекистан (49-е место) и Казахстан (54). Украина — 123-я.

Есть и другой, тоже всемирный, индекс счастья — Happy Planet Index. Он абстрагируется от экономических показателей типа доли ВВП на душу населения. Берут три показателя: субъективную удовлетворенность жизнью людьми, ожидаемую продолжительность жизни и эффективность использования природных ресурсов для достижения первых двух целей («экологический след»).

Составители рейтинга (методика британского исследовательского центра New Economic Foundation) считают, что в странах, где упор делается лишь на развитие производства и экономический рост, люди, как правило, счастливее не становятся. Им для счастья не нужен «такой рост».

В HPI за 2016 год первая десятка выглядит так: Коста-Рика, Вьетнам, Колумбия, Белиз, Сальвадор, Ямайка, Панама, Никарагуа, Венесуэла, Гватемала. Из развитых стран вверху списка Израиль (15), Италия (25), Швеция (26), Испания (35), Нидерланды (39). Россия – 70-я, между Литвой и Конго.

Что наталкивает на мысль: будь у нас побольше солнца при той же макроэкономической политике и состоянии свобод, мы могли быть куда счастливее. По этому рейтингу выходит, что счастье точно не в деньгах и не в работе. А в чем? Кто даст лучше ответ – Министерство счастья или правды? Или все-таки каждый в ходе «прямой линии» с самим собой?