Ответный удар гуманизмом



Отменит ли Дума нового созыва «закон Димы Яковлева» (назван в честь ребенка, усыновленного американцами, но погибшего, будучи оставленным в автомобиле на жаре)? В качестве «подарка» новому президенту Америки, от которого у нас многие ждут, что при нем будет не как при треклятом Обаме, а много лучше.

Тем более что он благожелательно высказывается на тему отмены антироссийских санкций. А если кто-то думает, что «закон Димы Яковлева», вступивший в силу 1 января 2013 года, принимали исключительно из-за заботы о русских сиротах, то это как бы и так, но и не совсем так. Хотя бы потому, что он был принят спустя примерно год после ратификации договора между двумя странами как раз на тему усыновления. А после этого был принят «акт Магнитского», вводивший санкции в отношении ряда российских чиновников и силовиков.

И депутаты прошлого созыва Думы, и сенаторы прекрасно помнят, что по сиротскому закону требовалось единогласное голосование. А сомневающихся в гуманности подобной меры в парламенте было немало. Они пытались найти себе оправдание, но аргументы сводились к одному: «Меня заставляют, сам бы я ни за что». Насколько помнится, в Думе нашлись лишь человек шесть, не более, кто не голосовал «за». Ни одного из них в новой Думе нет. Как нет в Совете Федерации тех, кто «выторговал» или отстоял себе право не голосовать «за». Например, Вячеслава Фетисова там нет.

Справедливости ради заметим, что в парламенте было много и тех, кто как раз был вполне уверен в правильности принимаемого закона о запрете американского усыновления (потом последовали и другие ограничения на иностранное усыновление). В конце концов, аналогичные запреты есть во многих странах мира. И если вспомнить ратификацию вышеупомянутого договора с Америкой об усыновлении, то в Думе было довольно много сомневающихся в надобности поддерживать этот договор. Но и тогда сработало емкое слово «надо».

Так вот они и живут, бедные: сегодня надо одно, а завтра понадобится прямо противоположное.

Когда стало ясно, что несимпатичная Москве Клинтон президентом не будет, сменщица Павла Астахова на посту уполномоченного по правам детей Анна Кузнецова сделала заявление, которое можно истолковать как допущение возможности смягчения «закона Димы Яковлева». Мол, мы готовы к диалогу с американской стороной на эту тему.

И вот уже Европейский суд по правам человека признал неправомерным запрет на усыновление российских детей-сирот американцами. Удовлетворив жалобу 45 американских заявителей, которые начали процедуру усыновления на момент вступления в силу «закона Димы Яковлева», но завершить им ее не дали.

Хотя представитель Минюста заявил, что решение будет обжаловано, неожиданно с примирительным спичем выступила спикер Совета Федерации Валентина Матвиенко. По сути, впервые было заявлено о возможной отмене закона.

«Мы готовы к диалогу с США по этому вопросу. Если они дадут гарантии жизни, здоровья усыновленных российских детей, то все можно будет вернуть на круги своя. Этот закон — не самоцель», — сказала Матвиенко.

Как относиться к этому «переобуванию в воздухе», отработанному приему наших политиков? Пусть они теперь отменяют закон, ради все той же политической целесообразности, которая три года назад была одна, а теперь стала другая? Ответить на этот вопрос было бы много проще, если бы «закон Димы Яковлева» полностью провалился, если бы проблема сиротства в самой России продолжала ухудшаться быстрыми темпами. Это наглядно показало бы ошибку тогдашних законодателей. Вот, мол, как сработал ваш закон. Отмените поскорее, не берите еще больше греха на душу.

Однако в жизни вышло все сложнее. «Закон Димы Яковлева» сработал по принципу «лес рубят — щепки летят». У нас вообще многие проявления «гуманизма» иначе как по такому принципу и не работают.

Мы можем быть гуманистами «назло другим», это у нас отлично получается. А без «назло» — никак?

Ну так вот. Те несколько десятков детей, которые уже встретили своих будущих американских родителей, стали «щепками» в политической игре. Когда и если они осознают, почему их не отпустили в новые семьи, то они никогда не простят, возможно, тех, кто принимал это решение. Как не простят и несостоявшиеся американские родители, некоторые из которых до сих пор посылают игрушки своим «детям».

Однако если говорить о проблеме сиротства и усыновления (это тот самый «лес, который рубят»), то, приняв «закон Димы Яковлева», российский правящий класс, как говорится, пошел на принцип. Если угодно — «назло янки». Этой проблеме действительно стали уделять большое внимание, в том числе на высшем государственном уровне, вплоть до требований подробных отчетов по данной тематике от губернаторов. Проблема привлекла внимание и российских усыновителей. Они стали брать чужих детей в семьи чаще, чем раньше. Мотивация при этом может быть разной, в том числе не самой альтруистической (государство увеличило размеры материальной поддержки семьям усыновителей).

Однако, говоря объективно, ситуация с сиротством в России за последние четыре года не ухудшилась как минимум, а скорее улучшилась. Следует признать, что это стало одним из прямых последствий «закона Димы Яковлева».

Из тех 259 детей, которых на момент принятия закона собирались усыновлять граждане США, более 110 нашли своих родителей все равно на Западе (в основном в Европе), не менее 80 были усыновлены россиянами (был потом минимум один отказ). Однако часть, хотя и меньшая, по-прежнему находится в детских домах. Как минимум двое детей, судя по разным источникам, умерли от болезней, от которых, возможно, их могли бы вылечить в Америке. Щепки летят, да.

В то же время за последние четыре года число детей-сирот, по официальным данным, сократилось вдвое: в 2012 году в соответствующем банке данных их числилось 119 тысяч, на конец прошлого года — 60 тысяч. Официальные данные также рапортуют о сокращении так называемых социальных сирот (детей, оставшихся без попечения при живых родителях). Снизилось и число отказников. Хотя по-прежнему в роддомах России оставляют примерно 4 тысячи новорожденных в год. Заметно больше стали брать в семьи детей с инвалидностью (рост 58% за четыре года). Главное же то, что сами россияне стали усыновлять детей в 4 раза чаще, чем в 2011 году. За пять лет также примерно на треть снизилось число граждан, лишенных родительских прав.

Если считать все же число сирот не «по базе», а по факту, то оно составляет внушительные примерно 480 тысяч человек (что все равно сокращение по сравнению с теми 700 тысячами, о которых говорили лет семь-восемь назад). Однако в это число входят как те, кто находится в детских домах, так и те, кто в той или иной форме уже пристроен в семьи. И последних как раз уже больше 85%.

А если говорить о том же банке данных по сиротам, то сегодня в России формально на таком учете состоят уже меньше детей, чем в той же Америке (там примерно 100 тысяч, при в два раза большем населении, правда).

Если кто-то в этом месте заподозрит власти в «подгонке данных» под заданные определенным политическим курсом параметры (а курс понятен — на сокращение сиротства и увеличение российского усыновления в свете надобности в том числе оправдать «закон Димы Яковлева»), то он будет, скорее всего, прав. Многие общественники, работающие в этой сфере, утверждают, что слепо верить официальной статистике нельзя (но при этом они, как правило, все равно признают прогресс в этой сфере).

Существует «скрытое сиротство», когда, например, родители сдают детей в детские дома «на передержку», их при этом не лишают родительских прав (рост числа таких лишенцев политически нежелателен главам регионов), а эти дети не учитываются в банке данных как сироты. В то же время и тут не так все однозначно: у таких детей остается шанс вернуться в свои кровные семьи.

Регионы стали более заинтересованы в устройстве сирот в семьи: они получают под это федеральные субсидии на компенсацию расходов приемным родителям и всякие пособия. Формы стимулирования на региональном уровне приемных семей придумываются самые разные. И это часто срабатывает.

На федеральном уровне принято около 40 поправок к законам об усыновлении. Это процесс все еще забюрократизирован, однако какие-то барьеры сняты.

И как теперь быть с «законом Димы Яковлева»? Вернуть все назад ради «замирения с Америкой»? Но не будет ли это таким же политическим цинизмом, каковой был продемонстрирован при принятии закона? Сделать это просто ради очищения совести тех, кто поддался тогда давлению? Тоже странная мотивация.

Вообще тут возникает довольно сложный парадокс. Получается ведь, что «закон Димы Яковлева» во многом сработал. Но надо ли было его принимать, нельзя было сирот без него поддержать? Но ведь если бы его не приняли, то разве были бы внедрены все те меры поддержки усыновления, которые таки сработали, сократилось бы число сирот?

Мы ведь знаем ответы на эти вопросы. И те, кто критиковал «закон Димы Яковлева», знают. И те, кто продавливал закон, — тоже знают. И их ответы сходятся. Вот в чем состоит весь драматизм, даже ужас, если не сказать — уродливость, нынешней нашей отечественной, с позволения сказать, морали и нравственности.

Но вот что надо бы сделать точно сейчас, не торгуясь и не умножая циничные политические сущности, так это выполнить решение ЕСПЧ и дать возможность тем, кто уже начал процесс усыновления, его завершить в отношении детей, которые за это время так и не обрели себе родителей. С моральной стороны, это будет как раз вполне безупречным. Безотносительно Обамы и Трампа.