«Мои кадры решают все»



Что примечательно в назначениях и отставках, осуществляемых Владимиром Путиным, как правило, в стиле тщательно подготовленной секретной операции, так это то, что спустя считаные минуты после появления соответствующего указа звонкоголосый хор специально обученных комментаторов-толмачей вам расскажет, что все это было «логично», «планово», «в рамках проводимого курса» и, главное, «эффективно». Еще «адекватно». То есть все и так-то было хорошо и даже прекрасно, а станет теперь еще лучше.

Нам оперативно поведали, что, оказывается, назначение Антона Вайно вместо Сергея Иванова главой администрации «давно готовилось» и было «совершенно ожидаемо». И при нем все будет еще эффективнее. А что же раньше-то молчали, не предсказывали вслух? Неужто это назначение суть вещь столь сакральная, что боялись сглазить? А отправка Сергея Борисовича чуть ли не «главным лесником» и природоохранителем, куратором леопардов — это тоже давно готовившееся назначение?

Впрочем, могло статься и так, что произойди вдруг не вовремя утечка, и «давно ожидаемое и логичное» назначение вовсе не состоялось бы. Потому что начальство не любит так назначать. Когда все обо всем заранее знают. К тому же слухов по поводу громких отставок/назначений в досужей политической тусовке всегда роится великое множество. Постфактум может совпасть с любым.

Еще с неделю назад мне вполне всерьез внушали, что, мол, после думских выборов следует ожидать дальнейшей серии перестановок как продолжения недавней губернаторско-полпредовской серии. Вплоть до отставки, страшно сказать, самого премьер-министра и замены его как раз на Иванова. Почему-то рубеж выборов считается сакральным, хотя они давно перестали носить характер судьбоносных и превратились в рутинную процедуру обновления легитимации власти со вполне предсказуемым (с точностью до десятка депутатских мандатов) результатом. Из ныне «действующих слухов»: уход замглавы кремлевской администрации Вячеслава Володина «на Думу» (спикером), переформатирование социального блока правительства, возвышение одного из видных членов Столыпинского клуба. Много еще чего говорят.

Какова вероятность, что эти прогнозы сбудутся? Примерно как в том анекдоте «про блондинку», которую спросили, какова вероятность, что она встретит динозавра. Ответ: 50 на 50 — либо встречу, либо нет.

Гораздо интереснее с точки зрения аналитики обсуждать не конкретные кадровые назначения, — пора уже смириться с тем, что при всей своей «ожидаемости и логичности» они могут быть практически любыми, — а саму нынешнюю психологию власти, стилистику и, с позволения сказать, ментальность вырабатываемых решений.

Стилистика и впрямь кое в чем меняется. Скажем, разве можно было себе раньше представить, что отставка столь близкого человека и давнего соратника, как начальник таможни, будет сопровождаться трансляцией по телевизору коробок из-под обуви, набитых иностранной наличностью? После чего следуют умиротворяющие комментарии, что, дескать, сей кадр может и продолжить работу на госслужбе, ничто этому не мешает. После чего появляется слух, что Бельянинову прочат место в Евразийском банке развития. Ясно же, что человек умеет обращаться с финансовыми инструментами.

Почти общим местом для многих негосударственных СМИ стали обсуждения борьбы между силовыми структурами, выливающиеся в веерные отставки/перестановки, а подчас и в громкие аресты, сквозящие полной неочевидностью того, что дело в отношении высокопоставленного фигуранта может быть доведено до конца, а не развалится, как в свое время «дело подмосковных прокуроров». Те якобы крышевали подпольный игорный бизнес, но потом выяснилось, что ни сном ни духом. Появились даже дерзкие предположения, что главный начальник даже и не был вовремя упрежден о некоторых действиях «преторианцев-силовиков». Например, об аресте губернатора Белых. А некоторые подобные действия по «самоочищению» были поданы наверх уже холодным блюдом: мол, «ну вы же понимаете, вот тут тако-о-о-е накопилось, что терпеть дальше совершенно невозможно».

В общем, сверху на всю эту возню высокому и одинокому начальству смотреть, наверное, не очень-то и приятно. Людишки-то все больше мелкие, вороватые, не особо талантливые. Даже те, кто ходит в старых приятелях. И даже особенно они.

Так и вспомнишь про Ганди. Был бы он рядом, сели бы за чашкой чая: «Ты ведь только посмотри, Махатма, что вытворяют! Ведь ни мысли о высоком и вечном. Все только о себе». Уж он бы понял…

Означает ли все это, что высшее начальство в чем-то утрачивает контроль за ситуацией, за которой ранее следило и курировало все происходящее на уровне мельчайших деталей? Или это новый стиль — «делегирование полномочий» в рамках предписанных компетенций? Последнее в любом случае приводит к усилению конкуренции между разными акторами. Тогда сколь гибка вертикаль власти, чтобы выдержать такую конкуренцию не в ущерб политической стабильности, которая есть самоцель нашего бытия?

Ответ вроде бы напрашивается: система может впасть в дестабилизацию только в результате раскола элит, поскольку с народонаселением власти давно «договорились». В основном, отдадим должное, не в результате открытых репрессий, а в результате информационно-пропагандистских манипуляций и тщательной прополки общественно-политической «поляны». Она окультурена до невозможности. Сорняк дестабилизации не пройдет! А на случай чего соответствующие законы уходящей Думой тоже приняты по всем потенциально уязвимым направлениям. Апофеозом стал, конечно, «пакет Яровой». Чтоб уж наверняка.

А фронда возможна лишь там, где есть кому фрондировать. Для фронды нужны крупной политической величины фигуры. В том числе те, с кем правитель на «ты». И вот они-то и уходят.

Вместо них, советников, соратников, друзей, помнящих еще времена до Большой Власти, приходят просто исполнители, «эффективные менеджеры». Они не будут возражать. Но они не будут и советовать, стараться переубедить, поправить, а будут смотреть в рот в ожидании, когда оттуда вылетит абсолютная и непререкаемая истина. В виде приказа.

Накануне третьего президентского срока Путина многие гадали, каким смыслом он наполнит свое третье правление, притом что все предыдущие были не похожи друг на друга. Понятно, что после Болотной предстояло закрутить гайки. Для этого, собственно, и состоялось возвращение, после того как с «момента Каддафи» в правлении президента Медведева почудилась опасная «горбачевщина». Еще тогда часто поминали творца «сингапурского чуда» Ли Куан Ю, который ради эффективности и борьбы с коррупцией посадил с десяток своих друзей-соратников. Говорили, что наш ВВП на такое не способен. Ибо ценит тех, кого давно знает. Но он таки нашел форму. Его опять не просчитали. Виктор Иванов, Владимир Якунин, Андрей Бельянинов, «пачки» отставок в силовых структурах. Теперь вот Сергей Иванов, были и другие, давно близкие и верные. Если это «37-й год» как форма чистки ближнего круга, то, конечно, очень и очень бархатный.

Смена поколений? Отчасти. И в этом есть некая дань китайской новой политической традиции. Еще ставка на «эффективных менеджеров», образованных (по нынешним меркам, конечно), четко исполняющих команды, на что старое вальяжное приятельское окружение уже было не способно. Всегда норовили прильнуть к уху и договориться об особых для себя условиях. Утомительно это. И как-то смазывает старую дружбу…

Сам верховный правитель при этом становится одновременно как бы и Нурсултаном Назарбаевым, и Дэн Сяопином, и Ли Куан Ю в одном лице.

При этом ключевым принципом повышения эффективности системы, сталкивающейся все с новыми вызовами — как внешними, так и в экономике, и в системе управления (скажем, в том же Крыму недавние организационные перемены произошли в том числе под впечатлением вопиющей исполнительской, притом корыстной, вакханалии — эти люди хотели «стать, как Рамзан») видится подбор и расстановка кадров. В советское время за этим термином стояла система карьерных лифтов. Сейчас стоит, по сути, мнение лишь одного человека. Отсюда губернаторы — выходцы из ФСО и новый начальник администрации, которого заметил в службе протокола.

Институты — ничто, правильно подобранные кадры — все. Вместо «друзей» — исполнители. Реинкарнация сталинского лозунга «Кадры решают все» — «Мои кадры решают все».

Этот подход, безусловно, работает на повышение эффективности системы в целом. Ротация в пользу более молодых, более исполнительных и относительно более честных еще никому вредила. Но такой подход, при всем тактическом великолепии непредсказуемых рокировок, не может полностью заменить отсутствие стратегии в самых разных сферах — от экономики до разрешения украинского кризиса и выстраивания отношений с тем же Западом. Не говоря о Востоке, в частности Китае, где вообще мыслят десятилетиями и даже столетиями.

Смена главы администрации совпала с чреватыми немалым драматизмом событиями в Крыму и нагнетанием напряженности с Украиной. Есть ли связь? Она возможна в том смысле, что решение крымско-украинской проблемы видится в стиле силовой спецоперации. Там все менее востребована рефлексия и рассуждения о возможной вариативности — все больше беспрекословная исполнительность. Ровно те же качества потребуются у основных исполнителей и после выборов на внутреннем фронте. Закручивать гайки нужно твердой рукой и со взглядом, отражающим абсолютную уверенность в правоте начальника.