Крушение ориентиров



Георгий Бовт о том, как Трамп поставил в тупик американских и российских либералов

 

Один из отцов-основателей США Томас Джефферсон говорил, что в свободном государстве надо каждые лет пятьдесят устраивать революцию. Чтобы система не застаивалась. Если он прав, то по нынешним вегетарианским временам каждые пятьдесят лет правящей элите такого «свободного государства» надо хотя бы показать средний палец и сказать «да пошли вы все!..».

Что, собственно, в Америке и произошло.

«Средним пальцем» оказался миллиардер. Этого не мог предсказать почти никто. Из 11 общенациональных опросов девять в последние дни перед голосованием отдавали победу Клинтон с большим отрывом. Лишь два опроса — Los Angeles Times/USC (его большинство американских социологов и вслед за ним многие наши аналитики называли «маргинальным» и «экспериментальным» по методике) и IBD/TIPP давали преимущество Трампу. Совокупный общенациональный рейтинг RealClearPolitics давал кандидату демократов перевес 3,3% голосов еще 7 ноября. Зато четвертый раз подряд «угадал» результат президентских выборов «искусственный интеллект» MogIA, делающий прогноз на основе анализа активности в соцсетях.

Клинтон отдавали большинство «колеблющихся штатов». Но она проиграла даже Мичиган, считавшийся «демократическим» (ей там предрекали +8%). Правящая элита была настолько уверена в победе кандидата демократов (говорят, уже и послы получили инструктаж Госдепа на время передачи полномочий к администрации Клинтон), что в этот Мичиган, местами напоминающий кладбище былой славы американской автомобильной промышленности, особенно Детройт, от «большого ума» завезли накануне выборов группы сомалийских беженцев. После чего туда поехал неожиданно Трамп («Ну зачем он поперся в «демократический штат?» — еще недоумевали политтехнологи), и реднеки, послушав его, видимо, согласились, что это все уже, как говорится, too much.

«Революция Трампа» — это «средний палец» от таких реднеков, американских «ватников». Они рано или поздно должны были высказаться.

 

Даже среди женщин Клинтон выступила не лучше, чем Обама в 2012 году (всего лишь +13% к Трампу, притом что белые женщины как раз больше за него голосовали), и это после всего того, что было наговорено про отношения миллиардера со слабым полом. И экс-госсекретарь выступила намного хуже Обамы среди афроамериканцев. Потому что большинство типичных афроамериканцев и в кошмарном сне не могли бы представить, чтобы проголосовать именно за такую «стервозную белую тетку».

Трамп победил в 2/3 штатов. Теперь он еще проведет своего судью в Верховный суд (там сейчас расклад либералов и консерваторов — 4:4), и у «Великой старой партии», с учетом республиканского большинства в обеих палатах конгресса, будет контроль над всеми ветвями власти (условно, поскольку судьи — формально беспартийны). Такого давно не было.

Задним умом теперь все признают, что имел место так называемый эффект Brexit, когда часть избирателей либо стесняются признаться в намерениях голосовать «против мейнстрима», либо врут, либо отказываются разговаривать с социологами, воспринимая их как часть истеблишмента, против которого они задумали недоброе.

Это крупнейший провал американской политической социологии. Последний раз такое случилось с предсказателями — хотя тогда не было таких технологий массовых опросов — в 1948 году, когда вся пресса пророчила победу республиканца Томаса Дьюи над демократом Гарри Трумэном, а Chicago Tribune успела выйти с шапкой первой полосы «Дьюи победил Трумэна». Поторопилась.

Нынешний результат — проявление отрыва правящей элиты от избирателей и неготовность подстраиваться под них.

От обеих партий шли «антисистемные кандидаты», но против своего «бунтаря» Сандерса демократы применили административный ресурс и сняли с дистанции. Они были уверены, что и на главных выборах сработают манипуляции. Ведь у них была приручены почти все массмедиа, годами пестуемые в рамках давно оформленной идеологической матрицы, где любой шаг за границы «общепринятой» политкорректности считается побегом в маргиналы.

Приручены и социологи, которые, прежде чем сформулировать свои опросники, звонят и консультируются, чтобы нечаянно не обидеть. А правила всегда можно поправить под себя таким образом, что все эти люди в дорогих костюмах из вашингтонской тусовки все равно будут на коне. И за то, за что других посадят лет на десять, «нас, которым все можно», грозное ФБР лишь пожурит, да дело и закроет.

Когда долго живешь в условиях под тебя подстраиваемых правил и слушаешь экспертов, которые говорят ровно то, что ты от них хочешь услышать, то начинаешь верить, что эта искусственно созданная «реальность» и есть сама жизнь.

 

А потом та является тебе в виде неожиданного Трампа.

Либеральная часть вашингтонского истеблишмента в трауре и пакует чемоданы. В ближайшие четыре года этим людям «заказы» от федеральных властей не светят. Можно заняться самосовершенствованием, читать лекции в университете, примкнуть к либеральному «мозговому тресту» или заняться GR в приличной корпорации за неплохие деньги. Сгодится и лоббизм. Да мало ли в Америке мест, куда можно пристроиться тем, кто вчера был всем, а сегодня стал никем. В смысле сугубо политического влияния, конечно. Без «отъема активов» и нажитого непосильным трудом.

Эти люди отсидятся в оппозиции, а потом кто-то из них (но уже не чета Клинтон) вернется во власть, потеснив тех, кто там неосмотрительно расслабится, забыв, что за каждым их шагом следят политические конкуренты.

Представить себе у нас некую «смену элит», ротацию, происходящую на основе каких-то выборов, невозможно. Да и нет у нас никаких «запасных элит», они не взращиваются в университетах, корпорациях и «мозговых трестах», не формируют «запасные» программы и планы. Карьерные лестницы для нового поколения политиков и те не работают пока толком.

Американские либералы, ставившие на чету Клинтон (с возвращением в Белый дом, правда, в ином качестве, и Билла тоже), охвачены апокалиптическими настроениями. Газета The New York Times (она давала 85-процентную вероятность победы Клинтон, которую поддерживала в ходе всей кампании) предрекает всемирную катастрофу, поскольку приход Трампа будет означать крах той системы «интернационализма» во главе с Америкой, что сложилась после Второй мировой войны.

При Трампе расцветут авторитарии всех стран. «Злой Путин» не получит отпора, новый вашингтонский «обком» будет потворствовать оппортунистам Единой Европы в лице марин ле пен и викторов орбанов, а важнейшая проблема защиты прав человека в далекой Мьянме и надобность борьбы за «очеловечивание» ближневосточных сатрапий будет предана преступному забвению.

Всемирный «американский жандарм» скажет, что «караул устал», и потушит луч демократии свободы. Саму же Америку ждет глубочайший кризис.

Схожими настроениями охвачены и небезразличные наблюдатели за американской политикой среди либералов российских. Победа Трампа — это словно крушение неких ориентиров. Учитывая, что в современном мире именно Америка во многом задает смыслы, в том числе по части моделей политического устройства и общественного развития, политкорректности в широком смысле, правил игры в финансах и экономике, определяя параметры глобализации и взаимной интеграции.

С Трампом и людьми, которых он наймет, смыслы придут другие. Его намерения похоронить идею Транстихоокеанского партнерства, как и Транатлантического, а также пересмотреть уже действующее соглашение о Североамериканской зоне свободной торговли некоторые сравнивают с тем, как если бы рулить российской экономикой позволили Сергею Глазьеву. Но вдруг выстраиваемая до сих «либерально-глобалистская» модель мира не является единственно верной?

Оборотной стороной апокалиптических либеральных представлений об Америке, которой Трамп обещает вернуть величие по своей версии, является непонятная эйфория, вдруг охватившая «консервативно-патриотическую» часть российского правящего класса и официальной телепропаганды. При Трампе, мол, чуть ли не начнется российско-американская дружба. Ну а если не дружба, то по-человечески Путин с этим американским «переизданием» друга Сильвио Берлускони точно поладит. В последнем утверждении, возможно, и есть доля истины. Путину, наверное, комфортнее общаться с такими более «открытыми» людьми, как Трамп, нежели с такими, как «лицемерная» Клинтон и «нарцисс-афроамериканец» Обама.

Однако «поладить» Москве с Белым домом, в котором поселится замечательный Трамп, будет непросто. И он сам, и все его окружение, отвечавшее за «политическую составляющую» предвыборной кампании, — это люди правоконсервативного рейгановского толка. Разве что без бредовых заморочек более позднего неоконсерватизма насчет «экспорта демократии» и смены режимов ради мира на Земле.

 

Это доктрина «Мир с позиции силы». Это дух баптистских консервативных проповедников типа Майка Хакаби (ныне покойного, но в штабе Трампа есть люди из его окружения) или легендарного телепроповедника Патрика Бьюкенена.

На «дальних подступах» к посту госсекретаря маячит либо фигура Ньюта Гингрича, бывшего спикера палаты представителей, одного из соавторов «рейгановской республиканской революции» (опять это слово), либо Джона Болтона, бывшего полпреда США в ООН, по сравнению с которым нынешний полпред в лице Саманты Пауэр может показаться нашему Виталию Чуркину «милой подругой».

Члены президентской команды Трампа привнесут в политический дискурс совершенно иные «смыслы», нежели нынешний либеральный в основе своей истеблишмент. Трамп, кстати, в полном соответствии с рейгановским пониманием «мира с позиции силы», уже обещал свернуть программу Обамы по секвестру военного бюджета США на $500 млрд за 10 лет. Она была принята в 2013 году. Как? Нам не рассказывали такого про Обаму? Неужели эту новость не обсудили на зажигательных ток-шоу?

Трамп также обещал интенсивно развивать глобальную систему ПРО, он уже обещал модернизацию системы ее морского базирования. В его плане «восстановления американских вооруженных сил» довольно много пунктов.

Его внешняя и внутренняя политика быстро обрастет экспертами и квалифицированными исполнителями. А нынешние управленцы пока посидят на «скамейке запасных» и, может быть, попробуют понять, что они сделали не так. Можно, конечно, считать выскочку-миллиардера демагогом, но он появился ровно тогда, когда, очевидно, настала пора систему хорошенько встряхнуть и привести в большее соответствие с реалиями. Возможно, он сокрушительно проиграет. Тогда из «запаса» придут другие. Когда Рейган стал президентом, многие тоже отзывались о нем презрительно: ну что может какой-то там актеришка. Но ведь до сих пор помнят, чем с ним дело кончилось.